Краснодар Вторник, 07 февраля
Общество, 01.12.2022 16:48

«Я не хочу забрать, я хочу не потерять»: «похитивший» ребенка в Краснодаре отец объяснил свой поступок

В Краснодаре «похитивший» маленькую девочку отец объяснил, почему пытается «разлучить» ребенка с матерью и почему считает, что сам лучше воспитает дочь. Суды по делу о месте жительства ребенка идут уже длительное время, но какого-то определенного решения пока нет. Мужчина прокомментировал нашумевшую в СМИ историю с проституцией, наличие видеокамер в своей квартире и то, зачем он якобы увез ребенка от матери на 10 месяцев.


Напомним, ранее в редакцию «Блокнота Краснодара» обратилась со своей историей женщина по имени Наталья. Она рассказала, что уже долгое время борется за право растить свою маленькую дочку. Со слов Натальи, все началось с того, как она ушла от своего сожителя, от которого родила дочь. Причиной, объясняет Наталья, стало физическое и психологическое насилие с его стороны. В один из моментов девушка вместе с дочерью решила переехать из Красноярского края в Краснодар.



Малышка, которую делят родители


Уже в Краснодаре отец ребенка, как вспоминает Наталья, посадил девочку в машину и увез в неизвестном направлении. Ребенка Наталья искала 10 месяцев — в Москве, Чечне, Красноярском крае и Хакасии. В итоге суд принял решение об обеспечительной мере, согласно которой до решения суда об определении места жительства девочка должна жить с мамой. Но спустя время та же судья своё решение изменила в пользу отца малышки. Пока девочка находится с мамой, но, как рассказывает сама Наталья, она очень боится, что у нее отнимут самое дорогое — ее дочь. Девушка уверена, что родной отец пытается забрать у нее ребенка только ради мести, ведь это именно она от него ушла.

После публикации на сайте «Блокнота Краснодара» к нам в редакцию обратился второй герой этой истории — тот самый отец девочки. Мужчина согласился ответить на наши вопросы, чтобы объяснить свою позицию в этом деле.


- Зачем вам маленькая девочка? Почему вы так хотите, чтобы дочка жила с вами, а не с мамой?

Я хочу, чтобы она жила хорошо. Я считаю, что её воспитанием, здоровьем, образованием, развитием нужно заниматься. А сегодняшнее положение дел говорит об обратном.


- Почему вы считаете, что мама не уделяет ребенку достаточно внимания?

- Я не думаю, это подтверждено документами, видеозаписями, моими бесконечными обращениями в полицию, бесконечной торговлей со мной за право видеть ребенка. Я видел ваш репортаж. Поверьте мне, мама моей дочери ещё та любительница приукрасить. Это меня и беспокоит. От меня скрывают ребенка. Первый раз я шесть месяцев не знал, где моя дочь находится.

- Почему вы расстались с Натальей? Что произошло?

- Когда мы жили вместе, я узнал об её измене. И это было не благодаря видеокамерам, которые, как она утверждала, я расставил по квартире.


- Так видеокамеры в квартире все-таки вы установили?

Да, но это было не для того, чтобы следить за ней. В квартире, в которой мы жили, уже много лет, и ремонт в ней сделан был давно. Видеокамеры были установлены до моего знакомства с Натальей, после ограбления моей квартиры. Это просто система охранопожарной сигнализации. Рекомендую и вам её установить, потому что это безопасность.




Девочка пока живет с мамой


- И что случилось после «измены»?

- Она сказала, что вот, теперь ты всё знаешь, я с этим мужчиной встречаюсь давно, он купил мне квартиру и машину. Сказала: «Я от тебя ухожу, плати деньги и видься с ребенком на здоровье». Я предложил обсудить, сколько это будет стоить. И тут она начала меня ограничивать в праве видеть ребенка. Сказала, что пять минут в день мне достаточно. Что знает, что нужно ребенку, так как она мать.



- Вы хотели постоянно видеться с ребенком? Все время, пока Наталья жила в Красноярске, вы с дочкой не виделись и не гуляли?

- Она очень быстро уехала. И я не знал, где она. Они пропали из Красноярска, где мы жили. Мы обратились в полицию, и искал я их шесть месяцев. И только через шесть месяцев я узнал, где именно они находятся в Краснодаре. За это время я их и в Санкт-Петербурге, и в Красноярске, и в Кемерово, и в Москве искал, и даже в Ачинске.


- Мать вашего ребёнка утверждает, что вы знали, где они живут, и постоянно общались с ребенком по видеосвязи?

- А я вам говорю, что я не знал. У меня есть подтверждающие обращения в полицию, что я их искал. По видеосвязи я разговаривал с дочерью, спрашивал у ее матери, где они находятся. Ответ был один: «Начни наконец-то участвовать деньгами в воспитании ребенка».


- Вы платили какие-то алименты на дочь? Не по решению суда, а по своей инициативе?

- Безусловно. Всегда давал деньги.


- Вы били Наталью?

- Я женщин не бью. И никогда этого не делал. Если вы о том видео, где я возмущенно машу руками, после того, как она сказала, что я буду платить не сто тысяч, а двести, за право видеть ребенка, и что я полгода искал, и еще полгода искать буду. Это как раз в Краснодаре уже было. Я женщин не бью, еще раз повторюсь.


То самое видео в самом начале сюжета



- Расскажите, как получилось, что вы увезли ребенка от матери, когда приехали в Краснодар. Тогда правоохранительные органы не стали возбуждать дело о похищении, не найдя в случившемся состава преступления.


- Я приехал в Краснодар. Узнал, где Наталья находится. И я согласился ей платить деньги. Только на этом условии она мне разрешила ребенка повидать. Взял дочь и пошел к машине. Речь шла о 100 тысячах рублей. Я приехал тогда с матерью, мы ведь вместе искали дочку, она хотела с ней увидеться. Я увез ребенка погулять, мать осталась вместе с Натальей. Она спрашивает: «А где деньги»?. Я говорю, что отдам. Мы только отъехали, и началось. Мать моя начала её стыдить за то, что она деньги требует. Начался там конфликт. И я принял решение оставить дочь с собой.


- И вы сразу увезли дочь в Москву? Не дав матери даже попрощаться с ребенком, увидеться? Просто увезли девочку?

- Кто вам такое сказал? Я не сразу уехал. Я еще побыл в Краснодаре. Наталья знала, где мы находимся, я предлагал ей приехать. Потом мы улетели в Москву.


- Где вы жили в Москве, когда переехали? Кто находился с ребенком, когда вы работали, вы же часто в разъездах? Кто о ней заботился, занимался ею? Няня, бабушка, может быть старшая дочь?

- Я не переезжал, у меня несколько квартир, в том числе в Москве есть. Со мной все это время находилась моя мать. Я оказываю онлайн-консультации по вопросам налогообложения строительных компаний. Занимаюсь этим я очень давно. И я могу позволить себе уделять время ребенку и работать из дома при необходимости. И я, слава Богу, могу себе позволить содержать себя, своих детей, свою маму, еще и заниматься таким не нужным мне делом, как разыскиванием матери моего ребенка, чем я и занимался в последнее время.





 - Наталья всё это время искала своего ребенка. Девочку она видела только по видеосвязи. Почему вы прятали от мамы дочь?

- От первого до последнего дня Наталья знала, где мы находимся. К нам систематически приходили сотрудники полиции. Это следственный комитет, опека, всевозможные ПДН, доктора, потому что на меня постоянно лилась всякая грязь. Я не скрывался. И я Наталью к нам приглашал. Я даже ездил как-то встречать ее в аэропорт вместе с малолетней дочерью, так как она сказала, что завтра прилетает. Мы поехали. Но она не прилетела. И даже когда меня вызвали в Москве в следственный комитет, я в присутствии следователя позвал Наталью к нам домой. Позвал трижды. Она сказала: «Отдай мне ребенка, приезжай в Краснодар и видься с ней сколько хочешь». И я сказал следователю: «Вы слышите, что она не хочет ехать?». Он сказал, да, слышу. Я ответил, тогда всё. Будем жить по решению суда. Я уже не помню, где мы на тот момент судились.


- Вы жили в Москве несколько месяцев, затем вернулись с дочерью в Красноярск.

- Да, затем я приехал в Красноярск. И Наталья приехала туда уже с решением об обеспечительной мере. О том, что до окончательного решения суда я должен передать ребенка ей. Это была ужасная отдельная история, когда ребенок говорил: «Папа, не отдавай меня». Ну ладно, это уже произошло, я это уже не хочу вспоминать. Документ есть документ. Но вот о существовании того судебного процесса я вообще не знал. Меня не уведомили. Повестка в суд мне пришла на ее адрес в Краснодаре. Потому что она писала исковое требование и заявление в полицию с указанием, что я проживаю рядом с ней.


- Почему вы пытались лишить Наталью родительских прав?

- Потому что за всё время пребывания ребенка у меня она к нему не приезжала. Кроме как разговоров «отдайте мне Мерседес, заплатите мне денег» ничего не было. Мы обратились с иском в суд для того, чтобы она хоть как-то, получая детские деньги (от президента тогда были выплаты, ежемесячные детские выплаты) купила бы дочери чупа-чупс и приехала за это время хоть один раз к нам. Про то, что она не знала, где мы … следователь был у нас дома, весь следственный комитет был у нас дома, мы у них были вместе с ребенком! Так что то, что она не знала, где мы — это не правда. А вот я, после того как она с решением об обеспечительной мере уехала с ребенком из Красноярского края, не видел и не слышал свою дочь восемь месяцев. От слова совсем. И это был уже второй раз. Дай, говорю, мне хоть посмотреть дочку. «Обратись к моему представителю». Адвокат мой обращается. «Нет!». И как вы прикажете мне себя вести?! Она не занимается ребенком. Занимается ребенком бабушка. А её никогда нет дома.


- Когда шёл процесс по вопросу о лишении Натальи родительских прав, в СМИ Красноярского края появилась история с проституцией. Мужчина на камеру заявил журналистам о том, что Наталья якобы оказывала ему интимные услуги за денежное вознаграждение. Вы имеете к этому отношение? Похоже на заказную статью.


- Вот эта вот история с проституцией мне не знакома и я её услышал от тех СМИ. Поэтому не прокомментирую, не знаю.


- Согласитесь, странно, что как раз в тот момент появляется некий мужчина, который обвиняет Наталью в проституции прямо на камеру. Позже это же издание публикует видео, на котором в Хакасии вашу плачущую дочь забирают у вас и передают матери. Всё указывает на то, что это вы обратились к данному СМИ.

- Нет, нет. К этому СМИ я обратился в первый раз и в последний тогда, когда ко мне приехали с обеспечительной мерой после судебного заседания, о котором я не знал. Понимаете, было несколько заседаний, на которые мы не приезжали, так как не знали о них. К той истории с проституцией я отношения не имею, но на сегодняшний момент знаю о ней всё, в деталях. Про порядочность матери моего ребенка вообще отдельная история. Не в том дело, какая она. Здесь нет абсолютно никакой доли ревности. Я, знаете, против чего? Против того, чтобы со мной торговались за мою дочь. И даже в тот момент, когда я готов платить деньги за общение с ребенком, мне опять препятствуют.


- Сейчас вы же видитесь с ребенком?

- В Краснодаре перед судом последним я прожил 10 дней. И параллельно хотел увидеться с дочерью. И за 10 дней я увидел дочь один лишь раз. Потому что они мне не дают. Потому что мама с ребенком почему-то не находится. А вы спросите у нее, где она, когда ее нет с ребенком? Даже если она работает, в 10 днях как минимум есть два дня выходных. И почему бы мне не дать увидеться с ребенком, скажите мне? Ну ладно.


- Что мы имеем сейчас. Вы с Натальей судитесь за определением места жительства ребёнка. Каждый считает, что дочка должна жить с ним. Вы считаете, что девочке будет лучше с вами, чем с мамой?

- Я уверен. Потому что мама не находится с ребенком. Потому что ребенок не ходит ни в какие сады, ни в другие учреждения. Ну извините, один раз сходить в бассейн, это что, значит, что ребенком занимаются? Или один раз привести ребенка в детскую поликлинику и поставить на учет, для суда? Это что, занимаются ребенком? Или ребенок ходит в старых вещах, от старшей племянницы, хотя я могу позволить себе одевать и обувать, я ради этого работаю! Для своих детей. Почему все вдруг решили, что от меня надо прятать ребенка? Почему я, обращаясь по 25 заявлений в полицию, не могу найти своего ребенка? Почему такое происходит? Кто дал право требовать с меня сто тысяч рублей за право видеть ребенка? Почему не даешь - «Я мать, я знаю, что надо». Так если ты мать, ты не требуй за право видеть ребенка деньги. Ребенком занимается бабушка, а не мама. Они вдруг решили стать еще и вегетарианцами.





- Если суд встанет на вашу сторону и определит место жительства ребенка с вами, вы не будете препятствовать маме видеть дочь?

- Я никогда не препятствовал её общению с ребенком. Более того, на одном из судебных заседаний я предлагал купить Наталье квартиру рядом со мной и проживать вместе с ребенком. Не на неё конечно оформить, на дочь. Но тем не менее. Если суд встанет на мою сторону, у правоохранительных органов не будет ко мне ни одной претензии в том, что я ограничиваю маму в правах на общение с ребенком. А вот она наоборот, не давала мне видеть дочку!


- Если мама не будет препятствовать вам видеть дочь, как вы говорите, вы согласитесь, чтобы девочка осталась с матерью? Возможно ли мирно решить это дело?

- Между нами идёт судебный процесс. И психологическая экспертиза подтвердила то, что чувствую я. Ребенок тянется ко мне. Если суд встанет на мою сторону, моя совесть будет чиста. У ребенка будет и мама, и папа, и бабушки, и дедушки. А сейчас из жизни дочери, например, мою престарелую маму вычеркнули от слова совсем. И меня вычеркнули. О каком мирном договоре может идти речь? У нас судебный процесс. Я отец, и при том отец хороший. Я не понимаю тех, кто не уделяет времени своим детям. Я живу по другому принципу. Живу во имя ребенка. Моя старшая дочь, например, получила прекрасное образование. Она переехала в другую страну. И, как только состоится решение суда, она вернется сюда и будет рядом.


Подробную историю Натальи читайте на сайте.




Ксения Мальшакова

Фотографии предоставлены Натальей

Новости на Блoкнoт-Краснодар
  Тема: Главное сегодня  Видео "Блокнот Краснодар"  
новости краснодаралишение родительских правотецмамаребенокпохищение ребенкасудебный процессхакасия
2
0
k3